August 2nd, 2018

Путеводитель по Прусту: Имена (5)

Дополняем Список персонажей цикла романов «В поисках утраченного времени» цитатами из Пруста.
В квадратных скобках римские цифры обозначают тома, арабские – страницы.
I – По направлению к Свану (перевод Н.М.Любимова). С-Пб., «Амфора», 1999, 540 с.
II – Под сенью девушек в цвету (перевод Н.М.Любимова). С-Пб., «Амфора», 1999, 607 с.
III – У Германтов (перевод Н.М.Любимова). С-Пб., «Амфора», 1999, 665 с.
IV – Содом и Гоморра (перевод Н.М.Любимова). С-Пб., «Амфора», 1999, 671 с.
V – Пленница (перевод Н.М.Любимова). С-Пб., «Амфора», 1999, 527 с.
VI – Беглянка (перевод Н.М.Любимова, приложения – Л.М.Цывьяна). С-Пб., «Амфора», 2000, 391 с.
VII – Обретенное время (перевод А.Н.Смирновой). С-Пб., «Амфора», 2001, 382 с.
* – в переводе А.Н.Смирновой

Продолжаем букву «Б»:

Бернар, Ниссон (Bernard, Nissim), богатый двоюродный дед Альбера Блока, был поклонником молодых людей.
Каждый год он снимал в Бальбеке для отца Альбера роскошную виллу, «и, куда бы его ни приглашали, ужинал он всегда у себя, то есть на самом деле в кругу семьи своего племянника. Зато дома он никогда не обедал. В полдень он уже был в Гранд-отеле. Подобно тому как другие содержат оперных статисток, он содержал официанта… Ниссон Бернар ежедневно приходил обедать в Гранд-отель и садился на свое место (так садится на свое место в партере мужчина, содержащий статистку, но только в данном случае это была особого рода статистка, еще ждавшая своего Дега). Ниссону Бернару доставляло удовольствие следить взглядом, как перед ним или в глубине ресторана, где под пальмой восседала кассирша, лавирует этот юнец, проявляя услужливость ко всем, кроме Ниссона Бернара, по отношению к которому он стал менее внимателен после того, как Бернар взял его на содержание, – потому ли, что, по мнению юного левита, с человеком, в любви которого ты не сомневаешься, можно быть не таким любезным, как с другими, потому ли, что любовь Ниссона Бернара его раздражала, или же из боязни, что, если их связь откроется, это может отрезать ему другие пути… В сущности, заблуждение родственников Ниссона Бернара, не догадывавшихся о настоящей причине его ежегодных приездов в Бальбек и того, что он там, к неудовольствию педантичной г-жи Блок, “хоть бы раз дома пообедал”, – это их заблуждение на самом деле оборачивалось истиной, хотя и скрытой и усложненной. Ведь сам Ниссон Бернар не знал, насколько его страсть к бальбекскому побережью, к виду на море, открывавшемуся из ресторана, и маниакальные его привычки связаны с удовольствием содержать, точно оперную статистку, еще ждущую своего Дега, одного из прислуживавших ему и представлявших собой тоже, в сущности, девиц легкого поведения. Ради него Ниссон Бернар поддерживал с директором театра, то есть бальбекского отеля, с постановщиком и техническим режиссером Эме, роль которых во всей этой истории была отнюдь не из красивых, самые милые отношения [IV:289-291].
Как-то раз Рассказчик встретил Нисона Бернара на бальбекской железнодорожной станции: «Поодаль стоял Ниссон Бернар: у него был подбит глаз. Последнее время он начал изменять юному левиту… с малым, служившим неподалеку от гостиницы в бойком кабачке “Под вишнями”. У этого краснорожего малого с грубыми чертами лица была не голова, а совершеннейший помидор. Такой же точно помидор заменял голову его брату-близнецу. Для беспристрастного наблюдателя полного сходства близнецов представляло особый интерес то, что природа, как бы вдруг превратившись в промышленника, начала поставлять совершенно одинаковые изделия. К несчастью для Ниссона Бернара, угол зрения у него был иной, а сходство близнецов было только внешним. Помидор № 2 ревностно и увлеченно исполнял свои обязанности – служить утехой только дамам, помидор № 1 снисходил до угождения мужчинам, отличавшимся особого рода наклонностями. И всякий раз, когда старый близорукий еврей (впрочем, чтобы принять один помидор за другой, не надо было быть близоруким) появлялся в кабачке “Под вишнями”, то, как бы по рефлексу, под наплывом воспоминаний о приятно проведенном времени с помидором № 1 он сам того не подозревая, начинал играть роль Амфитриона и обращался к другому близнецу. “Хочешь, встретимся вечером?” – предлагал он. И вместо ответа незамедлительно получал увесистую “плюху”. Кое-когда он получал несколько таких плюх в течение одной и той же трапезы – при каждой попытке возобновить со вторым переговоры, начатые с первым» [IV:302-303]. Collapse )

Путеводитель по Прусту (имена) – оглавление

Здесь в алфавитном порядке сгруппированы ссылки на все посты «Путеводителя имён», который является приложением к сделанному в Википедии Списку персонажей цикла романов «В поисках утраченного времени»
Чтобы это оглавление легко было найти, ставлю ссылку на него в "верхний" пост моего жж, а также в Вики-список персонажей.
1. Агригентский, Адвокат из Парижа, Адольф
2. Алиса, Альбертина Симоне, Аманьен д`Осмон, д`Амбрезак (девицы), д`Амбрезак (мать)
3. д`Амонкур Тимолен, Андре, д`Аржанкур (граф), д`Арпажон
4. Бабушка Рассказчика, Бергот, Берма
5. Бернар Ниссон, «Благость Джотто», Блатен, Блок Альбер, Блок Соломон
6. Бонсен (председатель суда), Бонсен (его жена), Бонтан (дядя Альбертины), Бонтан (его жена), Бородинский, Босержан (маркиз), де Бреоте
7. Бришо, дю Бульбон, Бульонский (брат маркизы де Вильпаризи), де Бурбон
8. де Валькур, де Варамбон, Вердюрен Гюстав
9. Вердюрен Сидони, де Вильбон, де Вильмандуа, де Вильмюр
10. де Вильпаризи, Владелец Гранд-отеля в Бальбеке, Владимир великий князь, де Вогубер (посол), де Вогубер (его жена)
11. де Галардон, Гвастальский, Альбер, Гвастальский (сын Иенских), де Гокур, Гупиль
12. Германты: Базен, герцог Германтский
13. Германты: Ориана, герцогиня Германтская
14. Германты: принц и принцесса Германтские
15. Семейство Говожо: Зелия, ее сын, ее невестка Рене-Элоди, ее внук Леонор
16. Девушки «из стайки» в Бальбеке, Девушка на полустанке
17. Дальтье Эмили, Дворецкий из дома Рассказчика, Двоюродная бабушка Рассказчика, Дед Рассказчика, Дешамбр, Директор Гранд-отеля в Бальбеке
18. Дочь Берма, Дочь Вентейля, «Древовидный» посыльный из Гранд-отеля в Бальбеке, Дьёлафуа, Дюрок, Евлалия
19. Жена турецкого посла, Жизель, Жильберта, Жюпьен, Жюпьен Мария-Антуанетта
20. Капитан - сослуживец Сен-Лу в Донсьере, Котар, Котар Леонтина, де Кресси Пьер, де Курвуазье Адальбер
21. де Ламбрезак, Ларивьер, Легранден, Леония Октав
22. Леруа Бланш, де Летурвиль (герцогиня), де Летурвиль (мл. лейтенант), Лифтер из Гранд-отеля в Бальбеке, дю Ло д`Алеман, Люксембургская (принцесса), Люксембургская Элиана де Монморанси, Люксембургский (принц)
23. Маргарита, де Марсант Мари-Энар, Матильда Бонапарт, Мать Рассказчика, Моле, де Монсерфей
24. Морель, Морис, де Мортермар Мария-Тереза
25. де Нассау, Неаполитанская (королева), Норвежский философ, де Норпуа, Ноэми
26. Одетта де Креси
27. Октав, д`Орвилье Полетта, д`Оржвиль, д`Орсан, Отец Рассказчика, Отец Свана
28. де Паланси, Парикмахер князя Бородинского, Пармская (принцесса), Периго Жозеф, Перуанец, де Пласак Вальпургия, Подруга дочери Вентейля, Приятельница Блока и герцогини Германтской, Пулен, Пуссен, Пютбю
29. Рассказчик (Марсель), Рахиль, Реми
30. де Саган, Садовник в Ла-Распельер, Сазра, Саньет
31. Сван Шарль, «Свора» лакеев в особняке Сент-Эверт, Селеста Альбаре
32. де Сен-Лу Робер, де Сен-Лу мадемуазель
33. де Сен-Канде, «Сен-Фереоль», де Сент-Эверт Диана, Сентин, Сестры Блока, Силистрийская (принцесса), де Ситри
34. Ский, де Стермарья, де Стермарья Алиса, де Сувре, де Сюржи-ле-Дюк, де Сюржи Арнульф и Виктюрньен
35. Танцовщик (знакомый Рахили), Теодор, де Фарси, фон Фаффенгейм, Фоджи, де Форестель, Форестье Робер, де Форшвиль
36. де Франкто, Франсуаза, де Фробервиль (генерал), де Фробервиль (полковник), де Фуа младший
37. де Шарлю (1 часть)
38. де Шарлю (2 часть)
39. де Шательро, де Шосгро, де Шоспьер, Шофер рассказчика
40. Щербатова, Э.. (профессор), д`Эдикур Зинаида, Эжен
41. Эльстир, Эльстир Габриэль, Эме, д`Эпинуа, д`Эрвек, Юрбелетьева


И несколько самых общих замечаний о портретных характеристиках главных героев Пруста:

Самые прописанные портреты среди всех героев «Поисков» – портреты де Шарлю, Орианы и Франсуазы.
Ориана дана в развитии: от юности к ранней зрелости (принцесса де Лом) и полной зрелости (герцогиня Германтская), но лишена автором метаморфозы старости – в поздних своих годах она показана лишь затёртой копией прежних лет, в утомительно затянувшемся увядании зрелости.
Де Шарлю, увы, совсем не показан юным, но зато исключительно выразителен и разнообразен на протяжении целого ряда этапов своей зрелости, раннего старения, старости.
Франсуаза почти неизменна в своем исходном старообразном качестве, ее образ прописан более компактно, но с особенной сочностью деталей.

Портрет Сен-Лу приближается в полноте к этим трём, но ему не хватает целостности – Сен-Лу времен Рахили с трудом вяжется с Сен-Лу времен Мореля.

Менее отчетливы и развернуты портреты других центральных персонажей.
Автопортрет героя-рассказчика дан столь вовлеченно-отвлеченно (огромные пласты повествования описывают его чувства, ощущения и потоки самоанализа, но не внешность и не характерные черты поведения), что его вовсе нельзя рассматривать как портрет. Collapse )

Путеводитель по Прусту: Имена (6)

Дополняем Список персонажей цикла романов «В поисках утраченного времени» цитатами из Пруста.
В квадратных скобках римские цифры обозначают тома, арабские – страницы.
I – По направлению к Свану (перевод Н.М.Любимова). С-Пб., «Амфора», 1999, 540 с.
II – Под сенью девушек в цвету (перевод Н.М.Любимова). С-Пб., «Амфора», 1999, 607 с.
III – У Германтов (перевод Н.М.Любимова). С-Пб., «Амфора», 1999, 665 с.
IV – Содом и Гоморра (перевод Н.М.Любимова). С-Пб., «Амфора», 1999, 671 с.
V – Пленница (перевод Н.М.Любимова). С-Пб., «Амфора», 1999, 527 с.
VI – Беглянка (перевод Н.М.Любимова, приложения – Л.М.Цывьяна). С-Пб., «Амфора», 2000, 391 с.
VII – Обретенное время (перевод А.Н.Смирновой). С-Пб., «Амфора», 2001, 382 с.
* – в переводе А.Н.Смирновой

Продолжаем букву «Б»:

Бонсен (Poncin), председатель суда в Канне; он, старшина адвокатов Шербурга и старший нотариус Ле-Мана г-н Бланде – завсегдатаи Бальбекского Гранд-отеля – «видные деятели главных департаментов этого края... покидавшие на время отдыха места, по которым они были разбросаны, как стрелки или как пешки на шашечной доске, и соединившиеся в этой гостинице. Они останавливались всегда в одних и тех же номерах и, вместе с женами, строившими из себя аристократок, образовывали свою компанию, к которой присоединялись две парижские знаменитости – адвокат и врач» [II:273]. Председатель суда мог бы переехать в Париж, ему «не раз предлагали место в кассационном суде», но он, как и старшина адвокатов и старший нотариус, – «решили остаться то ли из любви к родному городу, то ли предпочитая безвестность, то ли из любви к почету, то ли потому, что были реакционерами, то ли ради удовольствия быть в добрых отношениях с владельцами соседних замков» [II:274]. Два года спустя, накануне второго приезда Рассказчика в Бальбек председатель суда получает орден Почетного легиона, о чем Марселю сообщает директор Гранд-отеля [IV:183].
Став свидетелем того, как старая маркиза де Говожо, навестившая Рассказчика в Бальбеке, пригласила его на завтрак в свое имение Фетерн, г-н Бонсен не мог скрыть обиды: «Председатель суда, по дороге домой узнав, что она в отеле, стал тайком разыскивать ее, некоторое время подкарауливал, а затем, сделав вид, что случайно узнал, где она, явился засвидетельствовать ей свое почтение. Я догадался, что председателя суда маркиза де Говожо звать к себе на завтрак не намерена. Между тем он познакомился с ней раньше, чем я, – уже в течение нескольких лет он был завсегдатаем фетернских утренних приемов, на которые мне так хотелось попасть, когда я впервые оказался в Бальбеке. Но давность – для светских людей не главное. И приглашения на завтрак они охотнее приберегают для новых знакомых, все еще их интересующих, особенно если их появление предваряет самая лучшая, лестная рекомендация вроде той, какую дал мне Сен-Лу. Маркиза де Говожо предположила, что председатель суда не слышал того, что она сказала мне, но, чтобы успокоить свою совесть, она заговорила с ним подчеркнуто любезно… Председатель суда невольно оказал мне очень большую услугу, взяв маркизу под руку, чтобы вести ее к экипажу, ибо известная доля вульгарности, решительности и пристрастия к внешним эффектам подсказывает поступки, на которые у других недоставало бы смелости, но которые в свете производят далеко не невыгодное впечатление. Впрочем, у председателя суда, в отличие от меня, был многолетний навык… – Она пригласила вас на завтрак, – строго сказал мне председатель суда, подождав, когда экипаж отъехал подальше и когда я с моими приятельницами уже направлялся к отелю. – В наших отношениях холодок. Она считает, что я недостаточно к ней внимателен. Боже мой, я человек необыкновенно легкий. Я всегда начеку: если только во мне нужда, я отвечаю: “Здесь!” Но им хотелось держать меня на цепи. Ну уж нет, – произнес он с хитрым видом и поднял палец, как бы что-то угадывая и что-то доказывая, – этого я не позволил. Это значило посягать на мою свободу во время отпуска. Мне пришлось сказать: “Стоп!” Вы, по-видимому, очень с ней хороши. Когда вам исполнится столько лет, сколько мне, вы убедитесь, как ничтожен свет, и пожалеете, что придавали такое значение всяким пустякам. Ну, я пройдусь перед ужином. До свиданья, детки! – заорал он во все горло, словно отошел уже на пятьдесят шагов» [IV:264-266]. Collapse )