Максим (1_9_6_3) wrote,
Максим
1_9_6_3

Category:

Антилотман. Эскиз манифеста

Чтение литературоведческих и искусствоведческих работ Лотмана – в силу яркости и последовательности его стиля мышления – заставляет сформулировать важный вопрос: насколько адекватно и в достаточной ли мере семиотический анализ способен осмыслить произведение искусства?

На первый взгляд кажется, что в достаточной. Не подлежит сомнению, что произведения искусства осуществляют коммуникацию между людьми (а в низшем смысле они даже могут выполнять сугубо утилитарные функции). В подобной системе координат произведения искусства – это тексты, сообщения: художников – зрителям, писателей – читателям, музыкантов – слушателям и т.д. Информация же, сформулированная и переданная текстами, лучше всего анализируется с позиции семиотики, науки о знаках и знаковых системах.

Более того, существует множество произведений искусства, которые всем своим существом стремятся и не выходить за рамки коммуникации. Можно назвать их «искусством пересказа» или «искусством иллюстрации». По своей принципиальной сути иллюстрация – это пересказ чего-то на другом языке. Классический пример: Иоанн Дамаскин утверждал, что «иконы являются для неученых тем, чем книги для умеющих читать» (в данном случае характерна сама допустимость равнозначной замены одного на другое). Пересказ, в свою очередь, это почти чистой воды тот самый текст, сообщение, который можно и должно разбирать с позиций семиотики.

«Искусство пересказа», внешне очень разнообразное, внутренне оказывается довольно скудным, ибо тяготеет к схеме, к шаблону. Оно не только строится из знаков, но и своим источником имеет знак, воспроизводя этот знак средствами другой знаковой системы. Не идею, а именно знак.

В этом – ключевой момент. Иллюстрация не рождается непосредственно из идеи. Она, будучи знаком, воспроизводится (и тиражируется) из другого знака.

Настоящее же произведение искусства – в высшем, творческом смысле – есть непосредственное и единственно-неповторимое воплощение идеи в материале. Идея, безусловно, шире знака, который представляет собой лишь след идеи в нашем сознании. И воплощение идеи в материале (отчасти принимающее знаковую форму) требует более тонкого, подвижного и труднообъяснимого восприятия, нежели восприятие знака.

Переходя к возвышенным категориям, можно утверждать, что человек – это тоже произведение, воплощение идеи (скажем мягко, несколько иного порядка) и ее саморазвитие; в некотором смысле его можно рассматривать и как сообщение – в эдаком «дознавательно-семиотическом» ракурсе. Но воспринимать человека как чисто знаковую систему – означает видеть в нем лишь слепок, механизм естественных реакций, «открытую книгу».

Что же касается произведений искусства, то даже кусок художественной прозы есть нечто, гораздо большее, чем текст, чем коммуникация – это уникальное и неповторимое явление, оно являет собой воплощение и жизнь идеи в словесном материале. Поэтому семиотический анализ произведений, нередко весьма информативный и любопытный, сам по себе принципиально недостаточен для полноценного и адекватного восприятия подлинного искусства. К музыке, по-видимому, он и вовсе неприменим.

Семиотика, кажется, не оперирует понятием «образ». Во всяком случае, попытки встретить это слово в работах Лотмана почти безуспешны. А для искусствоведения образ – это центральная, хотя и, бесспорно, туманная категория.

Если знак – это след идеи в нашем сознании, то образ – это личное и изменчивое, подвижное восприятие ее воплощения. И не только в произведениях искусства. Образами пропитана вся наша жизнь, они составляют наши мироощущения.
Впрочем, об этом позже.

А сегодня надо послушать по «Культуре» Лотмана. Еще.
Он совсем не эстет. Но так остро формулирует, что это само по себе захватывает какой-то только ему присущей эстетикой мысли.

Часть 2 – http://1-9-6-3.livejournal.com/301053.html
Часть 3 – http://1-9-6-3.livejournal.com/301090.html
Часть 4 – http://1-9-6-3.livejournal.com/301912.html
Часть 5 – http://1-9-6-3.livejournal.com/302512.html
.
Tags: Лотман, пальцем в небо
Subscribe

  • Ходынка, 1918 (из «Понтийских писем» Овидия)

    Увы, крайне маловероятно, что Михаил Гаспаров был знаком с нижеприводимой публикацией. Но заключающую ее эпитафию он, конечно, знал и не раз поминал.…

  • Незлой недобрый человек

    Гаспаров, в свойственной ему слегка провоцирующей читателя манере («Записи и выписки»), резюмирует: «Трех главных вещей у меня нет: доброты, вкуса и…

  • На девятом месяце

    Я прогрессирую: от отсутствия смысла жизни – к ее бессмысленности. Картинка из окна. К лавкам у клумбы подтягиваются под ручку два старпёра. Он –…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 23 comments

  • Ходынка, 1918 (из «Понтийских писем» Овидия)

    Увы, крайне маловероятно, что Михаил Гаспаров был знаком с нижеприводимой публикацией. Но заключающую ее эпитафию он, конечно, знал и не раз поминал.…

  • Незлой недобрый человек

    Гаспаров, в свойственной ему слегка провоцирующей читателя манере («Записи и выписки»), резюмирует: «Трех главных вещей у меня нет: доброты, вкуса и…

  • На девятом месяце

    Я прогрессирую: от отсутствия смысла жизни – к ее бессмысленности. Картинка из окна. К лавкам у клумбы подтягиваются под ручку два старпёра. Он –…