Максим (1_9_6_3) wrote,
Максим
1_9_6_3

Categories:

Да, были люди...

«Он принадлежал к людям, обладающим особым талантом попусту убивать время или, вернее, из ничего делать нечто для того, чтобы его убить.
<…> Не раз я приставал к своему другу Беришу с просьбой объяснить мне, что же такое жизненный опыт. Но вечно занятый своими дурачествами, он со дня на день откладывал ответ и наконец, после долгих приготовлений, объявил: набраться подлинного опыта значит на опыте установить, как опытный человек набирается опыта, приобретенного исключительно опытом. Когда мы его как следует разбранили, требуя, чтобы он высказался яснее, он стал уверять нас, что за этими словами кроется великая тайна, которую мы сможем постигнуть, лишь приобретя опыт, и так далее и тому подобное, ибо ему ничего не стоило на протяжении добрых четверти часа распространяться на тему, что опытность, делаясь все опытнее, становится наконец истинным опытом. Когда же мы возмущались этим шутовством, он клялся, что манеру ясно и проникновенно выражаться перенял у современных писателей, к тому же у крупнейших, которые научили нас, что можно покойно покоиться в покое и что в тиши тишина становится все тише».

«Вообще же он был человек образованный, отлично знал новые языки и литературы и к тому же мог похвалиться прекрасным почерком. Мне он очень симпатизировал, и я, всегда склонный к дружбе со старшими, в свою очередь, привязался к нему. Общение со мной сильно его занимало, и он находил удовольствие в том, чтобы укрощать мое беспокойство и мой нетерпеливый нрав, доставлявший ему немало хлопот. В поэзии он обладал тем, что зовется вкусом, то есть имел общее суждение о плохом и хорошем, посредственном и допустимом, но все его суждения по большей части сводились к порицанию, и он окончательно подорвал даже то относительное доверие, которое я питал к современным писателям, безжалостно отпуская остроумные и взбалмошные замечания относительно их прозы и стихов. К моим произведениям он был снисходителен и не мешал мне писать, под условием чтобы я пока ничего не печатал. Взамен он посулил собственноручно переписать некоторые мои стихотворения, им одобренные, и преподнес их мне в виде изящно изготовленного томика. Эта затея послужила поводом для максимально возможной траты времени. Покуда он сыскал подходящую бумагу, подобрал по своему вкусу формат, определил ширину полей и наилучшую форму начертания букв, покуда раздобыл вороньи перья и очинил их и покуда, наконец, натер тушь, прошли долгие недели, а дело еще не сдвинулось с места. Потом он всякий раз приступал к работе с не меньшими приготовлениями, но мало-помалу все же сотворил премилую рукописную книжицу. Названия были написаны готическим шрифтом, текст прямым саксонским почерком, в конце каждого стихотворения красовались соответствующая виньетка, которую он либо где-нибудь разыскал, либо придумал сам, сумев вдобавок изящнейшим образом воспроизвести штриховку типографских заставок, гравированных на дереве. По мере продвижения вперед он показывал мне эти штуки, комико-патетическим тоном уверяя, что я должен быть счастлив, видя себя увековеченным в столь прекрасном списке, да еще на манер, не достижимый ни для какой типографии, и мы опять-таки проводили приятнейшие часы за этими беседами. К тому же, благодаря его обширным знаниям, общение с ним было для меня поучительно, а благодаря его умению умерять мой пыл и мое беспокойство – целительно в нравственном отношении. Он питал отвращение ко всякому грубому, и шутки его, при всей их причудливости, никогда не были ни пошлыми, ни примитивными. Он позволял себе не терпеть своих соотечественников и в карикатурном виде изображал всё, чтобы они не предпринимали. В изображении отдельных людей он был поистине неистощим, умело находя в каждом комическое и нелепые стороны. Так, часами лежа вместе со мною на подоконнике, он без устали наводил критику на прохожих, а вдоволь над ними натешившись, начинал обстоятельно расписывать, как им следовало бы одеваться, как ходить, как вести себя, чтобы сойти за порядочных людей. Обычно в этих предположениях выдвигалось что-то до того неподобающее и дурацкое, что мы хохотали не столько над тем, как сейчас выглядит тот или иной человек, сколько над тем, каков он сделается, буде сойдет с ума и решится изменить свое обличье. В таких шутках Бериш бывал беспощаден, хотя человеком был вовсе не злым…
Направление моего поэтического творчества, которому я предавался тем усерднее, чем изящнее становилась переписываемая Беришем книжечка, теперь всецело склонялась к естественному и правдивому; пусть мои темы не были значительны, но я всегда старался их выразить ясно и отчетливо, тем паче что мой друг частенько напоминал мне, сколь нелегкий это труд – переписать стихотворение на голландской бумаге вороньим пером и тушью, как много надо затратить на это времени, способностей и сил, которые, конечно же, не следует растрачивать попусту. Тут он обычно раскрывал уже готовую тетрадь и принимался подробно объяснять мне, что не должно стоять на том или ином месте, а затем поздравлял себя и меня с тем, что оно и не стоит там».

И.В.Гёте «Из моей жизни. Поэзия и правда» / Собрание сочинений в 10-ти томах. Том 3. М., 1976, с.251-259.
[Бериш Эрнст Вольфганг (1738-1809) – гувернер в знатных домах (в период дружбы с Гёте-студентом – гувернер сына графа Линденау), позднее библиотекарь князя Леопольда Дессауского. Дружба Гёте с Беришем прервалась вскоре после отъезда последнего из Лейпцига. Его «рукописное издание» сборника ранних стихов Гёте «Аннете» было найдено в 1894 г. – комментарий Н.Вильмонта]

3

Один из листов сборника «Аннете» (1767)
(факсимильное воспроизведение 1965 г.)
.
Tags: *Гёте
Subscribe

  • Матисс. Капелла в Вансе (2)

    В связи с бурной общественной реакцией на 150-летие Матисса дополню юбилейный пост еще рядом доисторических фотографий: У достраивающейся…

  • Как рисовал Матисс

    Ниже будет представлено исключительно интересное письмо Лидии Делекторской о технологии портретных зарисовок позднего Матисса – на примере нескольких…

  • Матиссу – 150. Капелла в Вансе (1)

    Андре Матисс (31 декабря 1869 – 3 ноября 1954) «Я надеюсь дожить до 8 часов сегодняшнего вечера, когда мне стукнет 78 лет. Хотя ничего не может…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments

  • Матисс. Капелла в Вансе (2)

    В связи с бурной общественной реакцией на 150-летие Матисса дополню юбилейный пост еще рядом доисторических фотографий: У достраивающейся…

  • Как рисовал Матисс

    Ниже будет представлено исключительно интересное письмо Лидии Делекторской о технологии портретных зарисовок позднего Матисса – на примере нескольких…

  • Матиссу – 150. Капелла в Вансе (1)

    Андре Матисс (31 декабря 1869 – 3 ноября 1954) «Я надеюсь дожить до 8 часов сегодняшнего вечера, когда мне стукнет 78 лет. Хотя ничего не может…